Мудрая Черепаха

— Вот сказка, простая, как ладонь. Что может быть проще: рука, пять пальцев! И у каждого есть: у старика и у ребёнка, у глупого и умного. У всех людей. Что может быть проще? Но приглядитесь… Один палец короче, другой длиннее. Один слабый, другой сильный. Один всё время лезет вперёд, а другой — он-то как раз здоровее всех! — почти не заметен. А когда они все соберутся вместе? Ого! Это уж совсем другой разговор. И пальцы — не пальцы. И рука уже не рука. Это — кулак!.. Теперь вы понимаете: не следует торопиться и говорить, что всё ясно и понятно.
Однако и на том дело не кончается. Рука… пять пальцев. Что может быть проще? Но приглядитесь… Один палец указывает путь, а другой тычет в человека и предаёт его. Одна ладонь прикрывает глаза от солнца, другая хлещет по щеке. Одна рука творит добро, другая зло. Вот так. Вот так, друзья мои. Всё просто и совсем не просто. Если только не лениться, приглядись и поразмысли над тем, что видишь вокруг себя…
А сказка? Неужто, пока мы рассуждали, она ушла от нас? Не бойтесь. Зачем ей торопиться, метаться от человека к человеку, прыгать, подобно обезьяне, с ветки на ветку или кружиться, словно лист на ветру?.. Нет, нет. Сказка приходит и терпеливо выжидает, когда наступит её время, её черёд, когда она будет нужна людям. Вот хотя бы сегодня, сейчас, когда собралось столько слушателей! И когда у них такие внимательные глаза! Так чуток слух!..
Но кто, кто расскажет сказку?.. Тот, кто первым приметил её и разглядел? Нет! Кто понял, тот и расскажет её вам, а вы — другим… Поэтому сегодня сказку о «Мудрой Черепахе» расскажу я…
Что, что?.. Вы говорите — знаете её? Слышали уже? Подумать только! Многие решили: то, что произошло, произошло не с Мудрейшей Черепахой, а с пауком Ананси! С этим плутом и себялюбцем! Пройдохой и завистником! Обжорой Ананси! Который ради выгоды готов на всё… Нет, нет! На самом деле это было совсем иначе. Было с Черепахой…
Было и случилось…
Жила Мудрая Черепаха. Что черепахи умны, известно всем. А эта была самая старая, мудрейшая из всех. Не было человека на земле, которого бы она не видела младенцем. Не было ни слона, ни попугая, ни крокодила, которые были бы её старше. Вот какая она была старая! Вот почему она была многоопытная! Вот почему она была такая мудрая!
— Мир полон недостатков и несправедливости! — сказала Черепаха однажды. — Один умён, другой глуп. Один сыт, а другой голоден. Один силён, другой слаб… Мир несовершенен. И его надо исправить. И сделать лучше. И только одно может помочь в этом деле — мудрость, которую следует собрать воедино!
Но самой мудрой из всех живущих на земле была она, Черепаха, старая, многоопытная.
«Кто, кроме меня, мудрейшей, может собрать и вместить всю мудрость, какая есть на свете?» — решила она.
И рассудила так: если другим пришлось бы начинать дело с самого начала, то ей оставалось только прибавить к своей мудрости остальную и…
Одним словом, Мудрая Черепаха тут же принялась за дело. Она взяла самую большую и самую лучшую из тех, что имела, калебасу — тыквенную бутылку, — и упрятала туда всю свою мудрость.
И заглянула в горлышко и увидела, что в калебасе темным-темно. Подула — свистит шумок. Значит, есть свободное место!
Тогда она заткнула тугим пучком травы бутылку и вышла с ней на тропинку, которая вела к реке.
— Тут пройдут все! — сказала Мудрая Черепаха. — Без воды никто не обойдётся.
И правда. Не успела она произнести своих слов, как кто-то спросил её:
— Что ты там бормочешь, Мудрая Черепаха?
Это был Лев. Он так спросил её, и она объяснила всё.
Ты хочешь знать, в чём моя мудрость? — сказал Лев. — Ну что же, отвечу: я царь — и в этом моя мудрость!
И он медленно пошёл к воде, а Мудрая Черепаха быстро-быстро затолкала его мудрость в свою тыквенную бутылку.
Едва она сделала это, как показался Леопард.
— Р-р-р! — сказал он, так как не любил говорить ничего иного.
Но Черепаха не испугалась. Она знала, что делает Великое Дело. И она спросила Леопарда, в чём его мудрость.
— Ты не знаешь? — щуря свои жёлтые глаза, возмутился Леопард. — В клыках! В когтях! В прыжке!
И он исчез.
А Черепаха и его мудрость спрятала в бутылку
И вот пришёл Слон.
— Моя мудрость в силе и спокойствии! — сказа И удалился.
А Черепаха упрятала его мудрость в калебасу и, сделав так, ещё плотнее заткнула горлышко бутылки травяной пробкой.
Но тут прискакал Заяц.
— Моя мудрость? — удивился он. — И это спрашиваешь ты, Мудрая Черепаха? Неужели тебе не известно — она в моих ногах. Это — быстрота. В моих ушах. Это — слух! И он стал бить лапами, словно в барабан: тук! тук! — дивясь на Мудрую Черепаху, которая между тем невозмутимо засовывала и его мудрость в калебасу
Но в это время над ними мелькнула тень, и Орел камнем упал с неба.
…Представьте себе, Заяц не обманул Черепахи: его уже здесь не было! Он успел убежать.
Зайца спасли его быстрые мудрые ноги и его чуткий мудрый слух!
— Ну что же, — сказал Орёл, — если нет Зайца, то есть Черепаха.
— Ты можешь меня убить своим могучим клювом, — сказала Черепаха, — но съесть не сможешь: ведь тело моё закрыто таким панцирем, что даже твой железный клюв бессилен перед ним!
— Тогда я схвачу тебя когтями, поднимусь высоко в небо и до тех пор буду бросать на скалы, пока твой панцирь не расколется, как скорлупа ореха.
— Верно, — сказала Мудрая Черепаха. — Вы, орлы, так и поступаете с нами, когда мы попадаем вам в лапы. Но я уже стара, и если я стою тут на тропе, то не потому, что не сумела, притаившись, стать похожей на камень, а потому, что занята Великим Делом: хочу собрать всю мудрость мира воедино. И ты, Орёл, не убивай меня, а лучше, подобно другим, великим, скажи, в чём твоя мудрость?
— В крыльях! — сказал Орёл. — Или ты не поняла сама? В полёте! — И он взмыл в небо.
И в это время — кто бы мог подумать! — из-под Мудрой Черепахи, да, да, из-под её панциря, словно из-под могучего замшелого камня, вылез… ну, спрашиваю я вас, кто бы это мог быть? Ну, кто это мог быть, кроме одного и единственного — паука Ананси! Этот плут Ананси вылез из-под черепашьего бока, где он преспокойно укрылся от Орла. Ведь тот его мог склюнуть и проглотить
Не трудись, не трудись спрашивать! — сказал Ананси, ухмыляясь. — Я всё Слышал. Но я не настолько глуп, чтобы, подобно Льву, Леопарду, Зайцу и Орлу, открывать свои секреты и свою великую мудрость!
И он, быстро-быстро засеменив ногами, убежал в лес.
Но на то Черепаха и была мудрая: она не растерялась и стала торопливо заталкивать «мудрость» Ананси в свою калебасу.
— Полезайте, полезайте, — приговаривала Мудрая Черепаха, — и ты, хитрость, и ты, нахальство!
Вот кого она теперь упрятала в свою тыквенную бутылку!
После этого Мудрая Черепаха поглядела в неё и увидела, что в калебасе темным-темно. Подула — свистит шумок: фью-у, фью-у!
Ну, что скажешь? Что сделаешь? Значит, есть ещё в ней свободное место. Наверное, не всю она собрала мудрость, какая была на земле!..
И пошла Мудрая Черепаха дальше, по дорогам, по тропинкам искать мудрость — повсюду, повсюду, где бы она ни находилась.
Так, по крупицам, по зёрнышкам, по песчинкам, собрала она мудрость со всей земли. И всю, не обронив ни одной самой малой крошечки, упрятала в свою самую большую, самую лучшую калебасу — тыквенную бутылку.
— Вот, кажется, и всё! — сказала сама себе Мудрая Черепаха. — Но как бы проверить: всё или не всё?
И, представьте себе, в это самое время она встретила… -ну подумать только! — в это самое время она встретила Курицу. Гвинейскую Курицу. Ту самую, которая считается самой глупой птицей на свете.
— Ну что же! — сказала сама себе Мудрая Черепаха. -В моём благородном Великом Деле нельзя пренебрегать чем. Должно ничего не упустить, даже самую малость!..
И она объяснила Курице, зачем пришла сюда и что ждёт от неё.
— Благородное дело! Великая цель! — сказала Мудрая Черепаха. — Собрать всю мудрость воедино! Превратить мир, который полон несовершенства, в мир благополучия и счастья! Понимаешь ли ты, о Гвинейская Курица, что самое последнее слово мудрости осталось за тобой! Я прибавлю твою мудрость к той, что собрала со всей земли, и Великое Дело будет закончено! — сказала Мудрая Черепаха, с готовностью ухватившись за травяную пробку, затыкавшую калебасу.
Но Гвинейская Курица, ничего не говоря, молча глядела на Мудрую Черепаху и часто-часто моргала.
— Настал великий час! — воскликнула Мудрая Черепаха. — Годы и годы потратила я на благородную задачу, на небывалую цель! Последнее слово за тобой, о Гвинейская Курица! Произнеси его!..
Но Гвинейская Курица по-прежнему стояла перед Мудрой Черепахой и только хлопала глазами.
Ну, спрашиваю я вас, чем была виновата эта бедная Курица? Да ничем. Она была глупа, ещё глупее, чем все остальные курицы на земле, и можно только сказать спасибо, что она ещё сумела выслушать Мудрую Черепаху, хотя ничего не поняла из её слов.
Но на то Мудрая Черепаха и была мудрой, чтобы понять и оценить, что произошло.
Будь на её месте кто-либо другой, даже хитрый, нахальный паучок Ананси, да кто угодно,- все бы растерялись и не знали, как бы поступить. А Мудрая Черепаха сразу сообразила.
— Значит, я действительно собрала всю мудрость мира! — сказала она со вздохом облегчения. — Теперь ясно: дело, которое я начала, — завершено! Что бедная Курица глупа, известно всем. Должно быть, у неё нет даже самой малой крупицы мудрости, и поэтому она молчит. Вот ещё одно подтверждение тому, что мир несовершенен!.. Поэтому немедля я взберусь на это высокое дерево и там, на самой вершине, буду хранить калебасу с мудростью всего мира! А уж потом, хорошенько отдохнув, примусь его исправлять и совершенствовать.
И, подвязав калебасу себе на шею, Мудрая Черепаха стала взбираться на дерево.
Подождите, подождите!.. Как я сказал? «Стала взбираться»? Да ничего подобного! Как же она могла взбираться, если калебаса — самая лучшая, самая большая её тыквенная бутылка, наполненная мудростью всего мира, — висела у неё на груди? Висела между ней и деревом, и Черепаха нисколько, даже самую малость не могла продвинуться вверх!
Мудрая Черепаха снова и снова принималась карабкаться на дерево, но тщетно.
И тут кто-то тонким-тонким голосом сказал:
— И-и-и!
Нет, не сказал, а рассмеялся, вот так и ещё раз вот так: — И-и-и-и!
Мудрая Черепаха обернулась. Даже она, старая, рассудительная, умудрённая опытом, невозмутимая, даже она готова была рассердиться, подозревая, что это паук Ананси, хитрый, нахальный Ананси, вернулся, и смеет потешаться над ней, умнейшей в мире…
Но это был вовсе не хитрый паук. Не Ананси. А та самая глупая Гвинейская Курица, у которой не нашлось даже ничтожнейшей крупицы ума!.. Представляете себе, каково было удивление Мудрой Черепахи, когда она увидела, что Гвинейская Курица, глупая Курица, смеётся, нет, просто давится от смеха, глядя на её, Мудрой Черепахи, усилия.
— И-и-и-и! — снова тонким-тонким голосом сказала Гвинейская Курица. — Уж если ты решила взобраться на дерево, так перевесь калебасу себе на спину!
Мудрая Черепаха так и застыла на месте, словно замшелый камень. Ещё бы! Услышать такой простой и в то же время мудрый совет!.. И от кого? От глупейшей Курицы!
Бедная Мудрая Черепаха! Годами она трудилась, собирала мудрость со всего света и вот нате, пожалуйста, какая-то первая попавшаяся курица, которая ничего не могла понять из тех слов, что услышала от неё, мудрейшей из черепах, и только глазами хлопала, оказывается, способна подать ей, Мудрой Черепахе, совет!
Вы думаете, Черепаха — и она ещё воображала, что вся мудрость у неё в бутылке! — вы думаете, Мудрая Черепаха обиделась? Огорчилась? Разгневалась?
Ничего подобного. Ведь она была действительно мудрая, эта Черепаха. Она увидела. Она поняла…
По секрету скажу вам: не всякий умеет увидеть и понять. А ещё реже удаётся увидеть, понять и решить. И ещё, ещё реже случается так, что тот, кто умеет увидеть, и понять, и решить, найдёт в себе силы и поступить так, как велит мудрость! Да, да, когда у вас будет свободное время, подумайте о том, что это — правда!
Во всяком случае, Мудрая Черепаха только самую малость времени потратила на то, чтобы задуматься. Ну, вот ровно столько, чтобы шагнуть отсюда и сюда. Раз-два! И она схватила свою самую большую и самую лучшую в мире калебасу и… изо всей силы швырнула её о землю. О камень. Об острый.
Вот так!
И калебаса разлетелась на куски. На кусочки. На мелкие. На мельчайшие. На вот такие — крохотные!..
И вместе с калебасой, да, да, вместе с калебасой разлетелась по сторонам, по всей земле мудрость, которую с таким старанием Мудрая Черепаха собирала долгие, долгие годы.
И она не огорчилась. Не разгневалась. И не жалела. Ни-чуточки. Ни капельки не жалела Мудрая Черепаха о случившемся. Я же вам сказал, это была самая мудрая из всех самых мудрых черепах. И она увидела. Она поняла. И она решила. И поступила так, как велит мудрость.
Вы хотите, чтобы я сказал, что она увидела, поняла и решила?
Тогда слушайте! Я отвечаю вам.
Мудрая Черепаха увидела, что даже у самой глупой Курицы, которая не понимает самых простых слов, и у той может найтись крупица мудрости.
Мудрая Черепаха поняла, что всю мудрость мира целым упрятать даже в самую большую и самую лучшую кал су на свете.
Мудрая Черепаха поняла, что мудрость не может принадлежать одному, а если она мудрость, то должна б у всех.
Мудрая Черепаха поняла, что мудрость нельзя забрать у другого, как нельзя плодоносящее дерево лишить плодов. Ведь всё равно, после того как соберёшь урожай, оно опять принесёт новые плоды.
И, наконец, Мудрая Черепаха поняла, что даже самая мудрая из мудрых Черепаха может ошибаться, как все на этом свете, на этой земле, в этом мире.
И Мудрая Черепаха сказала себе:
— Это уж не так страшно, если ты ошибёшься, но если вовремя поймёшь, решишь и поступишь в конце концов правильно.
И она поступила так, как ей подсказала её, Мудрой Черепахи, мудрость. Она разбила свою калебасу на мелкие куски и рассеяла по всей земле драгоценнейшие крупицы мудрости.
— А исправлять мир, — решила она, — должна не одна Черепаха, даже если она самая мудрая, а все, кто его населяет.
И поэтому каждый, кто не побоится труда, пусть наклонится к земле да поищет её, эту мудрость, — и всегда найдёт то, что ищет. Если только не поленится, конечно.
Вот и вся сказка. Она была. Она ушла. Только остались мы все, кто слушал её. Но мы тоже наделены мудростью. Кто крупицей, а кто полон ею. Ну, я скажу вам так. Если вы тоже соберёте мудрость в самую лучшую калебасу, в самую большую из тех, какую найдёте, — собирайте. Потому что — обещаю вам — я отнесу её Мудрой Черепахе, и она не поленится взобраться на самое высокое дерево (теперь, когда Гвинейская Курица её научила, она сможет сделать это!), на самую его вершину, и сбросит оттуда на землю вашу калебасу вместе с мудростью, чтобы она не томилась в бутылке, а, как то подобает мудрости, разлетелась по всему миру, сделав его ещё мудрее, ещё лучше, ещё совершеннее!..
И так должно быть и будет всегда.
Вот она, сказка. Она была. И её нет. Но она всё-таки была, была, была…